Берлинский кинофестиваль открылся афганским фильмом «Нет хороших мужчин». На открытии Берлинале показали фильм из Афганистана, а конкурсный показ начнется с тунисской картины.
Разбираемся в особенности новой геолокации фестиваля.
Начальные титры фильма «Нет хороших мужчин» афганки Шарбану Садат идут на фоне запечатленных сверхкрупным планом распускающихся розовых и ярко-красных бутонов. Что, очевидно, символизирует пылающую женственность, увы, задавленную патриархальными нравами общества. К этой метафоре режиссер возвращается в ироничном эпизоде, где гость телестудии, специалист по гендерным отношениям, говорит о женщинах как о цветах, увядающих с каждым произведенным на свет ребенком. Чтобы сохранить любовь мужей, спикер советует женщинам активно прибегать к косметике: подкрасьте губы и брови — и вновь превратитесь в желанный цветок.
Из тех же самых титров мы узнаем, что в производстве фильма участвовали кинокомпании и культурные институции Германии, Франции, Дании, Норвегии. Но и Афганистан фигурирует в числе стран-копродюсеров — так или иначе фильм дает впечатляющую картину жизни этой страны в критический момент захвата власти «Талибаном».
Главная героиня Нару (эту роль сыграла сама Шарбану Садат) работает оператором в телекомпании «Кабульские новости». Это уже вызов: профессия оператора считается «неженской». К тому же строптивая, бескомпромиссная Нару порвала с нелюбимым мужем и одна воспитывает трехлетнего сына.
Коллеги-мужчины смотрят на нее скептически, сама же она убеждена, что в Афганистане нет хороших мужчин: все они отравлены предрассудками, хотят доминировать в семье, не уважают и оскорбляют женщин вплоть до физического насилия. Однако неожиданно для героини у нее завязываются профессиональные, а потом и личные отношения с опытным репортером Кодратом старше ее лет на двадцать. Эти отношения начинаются с конфликта, но в итоге заставляют Нару пересмотреть свой категорический приговор мужскому полу. Кодрата играет харизматичный Анвар Хашими, бывший телепродюсер, чьи мемуары частично положены в основу сценария. В рекламных материалах картина преподносилась почти как романтическая комедия, но хотя ее элементы кое-где просматриваются, в целом фильм воспринимается иначе. В нем хватает и открытой публицистики, и социальной сатиры, есть и попытка парадокументальной реконструкции реальных событий. А если сосредоточиться на частной любовной линии, она решена скорее в духе мелодрамы, чем ромкома.
С художественной точки зрения фильм, балансирующий между жанрами, несовершенен и может показаться примитивным. Диалоги, в которых обсуждается отвратительное поведение мужчин, чересчур прямолинейны, а сделать символом женской эмансипации привезенное из США зарядное устройство в форме фаллоса не самая блестящая идея.
Режиссеру удается главное — передать турбулентное состояние страны, склоняющейся к ногам религиозных фанатиков, и отчаянное положение диссидентов, для которых этот поворот истории смерти подобен.
Кульминацией сюжета становится гротескно снятый эпизод свадьбы хозяина телекомпании, завершающийся чудовищным взрывом. Фильм посвящен памяти семи сотрудников телекомпании TOLO, погибших от рук талибского террориста-смертника.
Последняя душераздирающая сцена картины разыгрывается в аэропорту Кабула, куда устремляются толпы желающих бежать из страны. Среди них мы видим и героев фильма — Кодрата, Нару и ее крошку-сына. Если дело и кончится хеппи-эндом, то лишь частичным. В любом случае, как пишет немецкая пресса, смотря в глаза людям, без всякой надежды на успех штурмующим военные самолеты, испытываешь чувство стыда. Американская армия и западные компании, в спешном порядке покинув Афганистан, оставили там много своих союзников и обрекли их стать заложниками радикального режима. А вскоре эта страна вовсе выпала из новостной повестки, оттесненная событиями на Украине, в Газе и других горячих точках.
Берлинский фестиваль не без основания считается самым политизированным. Исторически в его фокусе попеременно оказывались Восточная Европа, Балканы, Дальний Восток.
Нынешняя переориентация на ближневосточные реалии воспринимается как нечто закономерное и неизбежное. Юго-восточную геолокацию подтверждают и первые фильмы конкурсной программы, в частности картина Лейлы Бузид «Шепотом». Вместо Афганистана площадкой борьбы с патриархальными устоями становится Тунис, но в обоих случаях в эту борьбу включаются «освобожденные женщины Востока» — как героини фильмов, так и снявшие их молодые постановщицы.
Андрей Плахов
Kommersant
