* * *
До боли булькала картошка,
Пар выходил – волшебный дух.
А всё же было жаль немножко,
Что эта сказка – дым и пух.
Не в сладость даже именины,
Не в радость Божье Рождество.
И отвернулись апельсины
От солнца – брата своего.
И мотылёк дрожит под рамой
И колокольчики не бьют,
Когда опаздывает мама
С работы целых шесть минут…
* * *
Я песенку пою,
Я ноты приручаю.
Им сухари даю
И чаю наливаю.
А песенка внутри
Не хочет спать, не хочет!
Ей скучны сухари
И чай не то клокочет.
Мне песня говорит:
«Я – песенка, не боле…».
А песенка твердит:
«Не нужно столько боли!
Заулыбай свой страх –
Закрутится шарманка.
И солнце в небесах,
Как маленькая ранка.
Я дую на неё,
И это ветер бродит.
Его житьё-бытьё
О том, что всё проходит».
И всё сойдёт с листа,
Проглотит песню – бездна…
А песенка – проста,
А песенка – чудесна.
Колыбельная
Сане Малею
В Беларуси – дожди. А в России – снега.
От Успения и до Покрова
Согревает меня сквозь немые века
Теплота белорусского слова.
Я тебе пожелаю: «анёла да сну»*
И, прощая мне произношенье,
Из моей – прорастая в твою – тишину,
Остановится снегокруженье.
Словно сторож, мой снег перейдёт ночевать,
Разминая по карте коленца,
И уснёт у окна, где безбрежная мать
Осторожно качает младенца.
В том окне, в талом снеге, в его далеке
Отражались огни полустанка.
И всю ночь напролёт на молочной реке
Колыхалась её калыханка**.
___________________
*анёла да сну – ангела ко сну (белорус.)
**калыханка – колыбельная (белорус.)
Своими словами
Мы с детства кричали: «Мы сами! Мы сами!»
И мир сочиняли своими словами.
От слова «спасибо!» до слова «пожалуйста!»
Слова говорили: «Добро к нам пожаловать!»
От слова «весна» распускалась берёза,
А слово «нарцисс» не любило мороза.
У Ксюши любимое – «после-полу-ден-ный»
А Саша любила словцо «до-обе-ден-ный».
С тех пор много слов поменялось и книжек.
Но добрых словец не бывает излишек.
И дождик апрельский гуляет над речками
Своими словами, а может, словечками.
* * *
Столько снега и света в доме
И уюта в моём дворе!..
Дай же, Боже, и на изломе
Это чудо зреть в декабре.
И декабрь, зиме покорный,
Убавляет свою же тень…
Я оставлю грехи – на чёрный,
А молитву – на белый день.
* * *
бабушке
С утра за целый час
Успеет чай остынуть,
Успеет выпасть снег
И догореть свеча.
И строже смотрит Спас
(Его минут не минуть!),
А всё же – зимний свет
У правого плеча.
Вставая в шесть утра,
Так ясно понимаешь
Легчайшую печаль
Детей и стариков –
Вставая в шесть утра,
Как будто продлеваешь
И жизнь, и боль, и даль
На несколько часов.
Летнее размышление над шмелиным величием
Орлом, Пегасом, Орионом –
Покуда вертится Земля,
Каким созвездием неровным
Покажется полёт шмеля?
Когда он разрезает воздух
Над тысячью планет-цветов,
Он лапкой зажигает звёзды
И взяток – сочен и багров.
По чьей же прихоти нетленной,
Когда вокруг – и кровь, и смерть,
Он – запятая во Вселенной,
Но – ведает, куда лететь?
Суздаль
Моей прабабушке Наталье Васильевне
Я еду туда, где когда-то жила
Моя дорогая прабабушка.
Я еду туда, где у речки ветла,
В своё вечно детское «рядышко».
Туда, где у церковки потчуем птиц,
И кротко смеются монахини:
«Ты, чадо, корми, только хлебных крупиц
На горькую землю на смахивай».
В тумане натянуты жилы войны
Среди монастырских завалинок.
Мы вошкались, дети, не зная вины,
Вдали от хрущёвок и сталинок.
И в храмы входили на праздник зимой
В тулупе худом тётимашином.
И стыдно казалось, но Дух наш Святой
Смотрел сизарём перекрашенным.
…Я еду из места, чью речь берегу,
Оттуда, где поздно молиться…
Где колокол дрогнет на том берегу,
И вечно заутреня длится.
О счастье
Когда мне на плечи ложатся печали,
То я вспоминаю, кто́ есть за плечами:
Как бабушки бабушек смотрят в меня
И дедушки дедушек смотрят в меня.
Сорвут мне бабули блокадной малины,
Дедули затеплят свечу в именины.
И голос печали – он был, да и смолк.
И чувствую: счастье – не выбор, а долг.
* * *
О чём ликуют птицы в день субботний,
Когда ещё Спаситель не воскрес?
О том, что вышел к Иисусу – сотник
И стала смерть свободна от чудес.
О том, что вновь история вершится,
Пока ты спишь, пока ты к чуду – нем.
И жизнь твоя – евангельская птица
Клюёт зерно без лишних теорем,
Приподнимаясь, поминая дважды
Пришедших в сад, кто крошечку бросал.
Кто жил, пускай и всяк в своём «однажды»,
Кто песню пел, а значит, воскресал.
Трудись и бодрствуй и не плачь о хлебе,
Смотри, продлив свой человечий век,
Как мерно разгорается на небе
Трудолюбивый предпасхальный свет.
Елизавета Евстигнеева
Поэт, хайдзин. Публиковалась в журналах «Новый мир», «Звезда», «Дружба народов», «Плавучий мост» и др. Лауреат нескольких литературных премий. Автор книги стихов «Всемирная паутинка» (2025).
