Российский книжный рынок вновь доказал, что жанр ужасов прекрасно развивается и без участия писателей. На этот раз в центре сюжета оказался роман «Оно» — точнее, попытка привести его текст в соответствие с отечественными нормативными представлениями о допустимом. Автор книги, как известно, Стивен Кинг, но теперь у произведения появились новые интерпретаторы — административно-экспертного профиля.
Генеральный директор издательства АСТ Татьяна Горская заявила: книга «в прежнем виде» выпускаться не может – сказано в публикации ТАСС (вышедшей, кстати, 13-го числа в пятницу – всё по закону жанра!). Ибо «обнаружено некоторое количество фрагментов, которые желательно изменить или удалить». Запрос правообладателям отправлен, ответ пока не получен. Возможно, письмо просто заблудилось где-то между штатом Мэн и здравым смыслом.
Экспертиза, проведённая при участии Российского книжного союза, выявила в тексте элементы, которые современное законодательство РФ сочло спорными. Формулировки предельно аккуратные, но смысл читается без труда: классику мирового хоррора предложено слегка подредактировать — желательно задним числом.
Госпожа Горская дипломатично напомнила, что в практике издательств бывали случаи, когда авторы соглашались менять свои тексты. Правда, с Кингом такого ещё не происходило. Здесь возникает ощущение некоторого жанрового сбоя: ожидание, что писатель с мировыми именем и многомиллионными тиражами срочно перепишет роман 1986 года ради локальной экспертизы… хм.. Звучит почти как идея для сюжета фантастического фельетона.
Сам роман, впервые выпущенный издательством Viking Press, посвящён коллективным страхам, памяти и детским травмам. Сегодня к этим темам неожиданно добавилась новая — страх перед самим текстом. Причём страх институциональный, тщательно оформленный и снабжённый официальными комментариями. Получается довольно изящная метафора: книга о чудовище, принимающем форму глубинных фобий общества, сама стала такой фобией.
Ситуацию дополняет исчезновение романа с маркетплейсов, включая Wildberries и сервис Russ. Объяснение звучало образцово расплывчато — продукция «может быть запрещена». Формула универсальная: она одновременно ничего не утверждает и позволяет действовать максимально решительно. Книга в итоге продаётся хуже, обсуждается лучше — классический случай обратного маркетинга, только без маркетинга.
Дополнительный штрих: ещё в 2022 году Кинг прекратил сотрудничество с АСТ. Поэтому переговоры о редактировании текста автора, который уже дистанцировался от рынка, выглядят слегка оптимистично. Почти как надежда на то, что океан однажды согласится течь строго по инструкции.
В сухом остатке выходит парадоксальная картина. Художественный хоррор признан источником тревоги для вполне реальных институтов. Литературный текст рассматривается как потенциально опасный объект, требующий корректировки, словно речь идёт не о романе, а о техническом регламенте. Ирония здесь почти академическая: книга о страхе стала поводом для страха административного — куда более устойчивого и, судя по всему, гораздо менее художественного.
Анна Адамович
